Главная » Харассмент » Глава 8/15. История движений против сексуализированного насилия и харассмента в России. #ЯНебоюсьСказать. Первая и вторая волны #metoo

Глава 8/15. История движений против сексуализированного насилия и харассмента в России. #ЯНебоюсьСказать. Первая и вторая волны #metoo

Вернуться в оглавление

5 июля 2016 года украинская активистка, феминистка, директор  общественной организации «STUDENA» Анастасия Мельниченко опубликовала пост о насилии, которое ей пришлось пережить ребенком, подростком и во взрослом возрасте. 

Так началось движение #ЯНеБоюсьСказати (#ЯНеБоюсьСказать) — первая масштабная кампания против насилия на постсоветском пространстве.

“Я хочу, чтобы сегодня говорили мы, женщины. Чтобы мы говорили о насилии, которое пережили большинство из нас. <…> Мы не виноваты, виноват ВСЕГДА насильник.  Я не боюсь говорить. И я не чувствую себя виноватой”, — написала Анастасия на своей странице в фейсбуке. 

Тысячи людей откликнулись на пост Мельниченко и стали рассказывать о пережитом насилии от близких, бывших бойфрендов, мужей, коллег и начальников. 

Только за первые два месяца о насилии рассказали 12 282 человека. Правозащитница Алена Попова назвала это движение революционным, потому что «люди, которые всю жизнь говорили, что нас насилие не касается, — они вдруг обернулись и поняли, что большинство их знакомых, в соцсетях по крайней мере, так или иначе сталкивались в своей жизни с насилием”.  Множество западных изданий опубликовали материалы с рассказом об акции. А газета The Guardian отметила, что движение #ЯНеБоюсьСказать стало «новой точкой отсчёта для России и Украины, где бытовое насилие и сексуальные домогательства часто оказываются запретными темами или понимаются как естественная часть жизни» (“It is a new departure for Russia and Ukraine, where domestic violence and sexual abuse are often taboo topics, or treated as part of life”). 

На акцию отреагировали украинские политики. Депутат Верховной Рады Борислав Береза рассказал, что под впечатлением от флешмоба группа парламентариев внесла в июле 2016 года законопроект о приведении украинского законодательства в соответствие с Конвенцией Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием. 

 

#metoo по-русски

Дело голливудского продюсера Харви Вайнштейна и начавшееся в октябре 2017 года в Штатах движение #metoo подробно освещалось в российских медиа. 

Спустя несколько месяцев движение началось в России.

Вечером 22 февраля 2018 года телеканал “Дождь” опубликовал заметку о домогательствах в отношении трех журналисток со стороны депутата Госдумы, главы комитета по международной политике Леонида Слуцкого. Девушки пожелали оставаться анонимными.

На следующий день в адрес телеканала “Дождь” посыпались обвинения в клевете, а некоторые из депутатов писали издевательские комментарии под одним из постов в фейсбуке: “Леонид Эдуардович, это возмутительно! Валите на других членов КМД. Я готов взять пару журналисток на себя!”.

Это побудило Катерину Котрикадзе (на тот момент главу информационной службы телеканала RTVI) и Дарью Жук (продюсера и корреспондентку телеканала “Дождь”) выступить публично с обвинениями против Слуцкого. Вскоре о домогательствах рассказала  Фарида Рустамова, корреспондентка Русской службы Би-би-си. В распоряжении BBC оказалась аудиозапись, доказывающая факт домогательства. 

Леонид Слуцкий все отрицал, а 8 марта написал пост, в котором попытался извиниться (сейчас этот пост удален): «Хотел бы попросить прощения у тех из вас, кому когда-либо вольно или невольно причинил любые переживания. Поверьте, не по злому умыслу. Удачи и любви вам и вашим близким!». Журналисты восприняли этот пост как “позорную” отписку. Спустя 4 месяца после этих событий Слуцкий дал интервью Ксении Соколовой, в котором назвал обвинения в свой адрес “серьезным наездом” , “истерией” и срежиссированной кампанией, задуманной, чтобы разрушить его репутацию.

21 марта 2018 года Госдума созвала комиссию по этике, на которую пригласила Фариду Рустамову, Дарью Жук и отдельно — Леонида Слуцкого. Выслушав версии журналисток и депутата, члены комиссии заявили, что не нашли нарушений в поведении коллеги. 

Реакция комиссии по этике возмутила журналистов российских изданий. Около 20 медиа — от Медузы, Ведомостей и Коммерсанта до Playboy и Спецназа — отреагировали единогласным бойкотом в адрес Слуцкого и Госдумы. Издание Republic заявило, что «В редакционных статьях при упоминании Государственной думы Republic будет добавлять в скобках: «Орган государственной власти РФ, оправдывающий сексуальные домогательства».

Выступления девушек подтолкнули других, пострадавших в свое время от харассмента, поделиться этим публично. Журналистка Дарья Комарова обвинила в домогательствах депутата и кинорежиссера Станислава Говорухина.  А журналист Ренат Давлетгильдеев рассказал о харассменте со стороны главы партии ЛДПР (коллеги Слуцкого по партии) Владимира Жириновского. 

 

Два года спустя. Вторая волна #metoo

Домогательства в университетах 

Во время майских праздников 2020-ого в двух ведущих вузах страны — МГУ и Высшей школы экономики — обстановка была особенно напряженной. 7 мая студенческий журнал Doxa запустила серию материалов о домогательствах в университетах. Серию открыла поэма студентки ВШЭ «Высшая школа эрекции закрывается на карантин”, в которой, как сообщает автор, «аккумулируется ее личный и чужой опыт домогательств в университете». 

На следующий день “Докса” опубликовал статью выпускницы филфака МГУ Екатерины Заплетиной. «Есть у нас на факультете преподаватель, который спит со студентками», — так начинается расследование, впоследствии разделившее филфак и общественность на два лагеря. Для статьи Екатерина поговорила с другими выпускницами и учащимися филфака про сексизм, домогательства и романтические отношения одного из преподавателей со студентками.

13 мая выпускники, студенты, преподаватели и аспиранты МГУ опубликовали открытое письмо на сайте Докса, в котором призвали покончить с “сексуальными злоупотреблениями и харассментом в университетской среде». Авторы письма потребовали создать механизмы, которые будут защищать студентов от домогательств. 

Преподавательский состав раскололся. Часть поддержала решившихся рассказать  о домогательствах, часть публично осудила их в соцсетях.

Описанные в статьи случаи домогательств факультет отказался расследовать. Однако у публикации все же были реальные последствия — и это создало важный прецедент. Профессор кафедры русского языка филфака МГУ Сергей Князев публично признался в отношениях со студентками и  принял решение уволиться. 

Реакцию большинства вузов на скандалы, связанные с домогательствами, авторы исследования о харассменте в вузах Юлия Островская и Ольга Мирясова оценивают как сопротивление и непонимание масштаба проблемы: “В ряде случаев увольнения состоялись, но не была публично признана их связь с жалобами на харассмент («дали уйти по-тихому»). Извинения потерпевшим не были принесены, другие варианты компенсации ущерба даже не рассматривались. Такая реакция администраций вузов, с одной стороны, свидетельствует о низкой чувствительности к проблемам харассмента и гендерно обусловленного насилия. С другой стороны, подобное поведение может быть следствием отсутствия опыта решения проблемы, грозящей вузу репутационными потерями — как в рамках непубличных процедур, так и в рамках публичных; отсутствуют подходы и практики регулирования и обеспечения безопасной среды в вузах”. 

В некоторых же ведущих российских университетах руководство приняло решение создать нормы и принять кодексы, регулирующие эту проблему. На сайте Высшей школы экономики появился раздел, объясняющий, что делать в случае харассмента. 

Перемены происходят медленно, однако же публикации “Доксы” и рассказы отважившихся говорить студенток сыграли важную роль в осознании проблемы домогательств в университетской среде и необходимости назвать вещи своими именами, проговорить, что дозволено, а что нет.

 

Харассмент в либеральных медиа

 

12 июля 2020 года российский твиттер раскалился от десятков сообщений о пережитом насилии. Большинство из них были связаны с именами нынешних и бывших сотрудников либеральных медиа. 

Пользователи твиттера рассказали о домогательствах со стороны шеф-редактора МБХ-медиа Сергея Простакова, фоторедактора издания Андрея Золотова и руководителя проектов Сбербанка Сергея Миненко, ранее работавшего в изданиях Menʼs Health Russia, «Мел», «Газета.ru» и «Известия». Несколько девушек обвинили в харассменте и даже изнасиловании бывшего сотрудника «Открытой России», SMM-менеджера Сбербанка Руслана Гафарова. 

В комментариях к сообщениям в твиттере бывшие стажеры “Дождя” рассказали о неподобающем поведении Павла Лобкова, который, по их словам, трогал их без разрешения и звал домой. Вскоре вышло расследование об основателе издательского дома «Мамихлапинатана» Егоре Мостовщикове, который, как выяснили авторы материала, заводил романы с сотрудницами, злоупотреблял служебным положением и унижал подчиненных. 

Позже выяснилось, что случаи домогательств неоднократно происходили в редакции “Новой газеты”. 

Флешмоб против домогательств вызвал неоднозначную реакцию в журналистской среде и ожесточенные споры в социальных сетях. Рассказавших о пережитых домогательствах и насилии обвиняли в чувствительности, и чересчур нежном и беспокойном отношении к собственным травмам. Особенно горячо спорили о “новой этике” (так в России называют новый общественный консенсус относительно всего, что связано с дискриминацией людей — например, если 10 лет назад комплимент красивым ногам подчиненной воспринимался как норма, то теперь становится неприемлемым), сравнивая ее с нацизмом и тоталитаризмом правила действительно новые (как бы мы к этому ни относились), вот прямо сейчас вырабатывается новый общественный консенсус относительно всего, что связано с дискриминацией других людей (еще 20 лет назад хватануть за жопу было ок — с т.з. негласной общественной морали, а сейчас уже как-то не очень).

Государственные медиа быстро и с радостью подхватили эту тему, принявшись обсуждать моральное разложение “либералов”, живущие за счет американских бюджетов.

Однако очень важно понимать, почему  о домогательствах в первую очередь заговорили журналисты независимых изданий, как в 2018, так и в 2020 году.

Независимые журналисты работают с актуальными темами, первыми замечают перемены в обществе и изменение консенсуса, быстрее на них реагируют и чувствуют большую свободу об этом говорить.

Редактор книги Эн Ноэль подчеркивает, что во всем мире журналисты независимых медиа сыграли огромную роль в продвижении темы борьбы с насилием: “Мне кажется, это очень показательно, что в России первым о сексуальных домогательствах открыто заговорили именно журналистки. Причем журналистки независимых изданий. Мы тоже пишем об этом в книге. Во многих странах первыми заговорили журналистки. А если не журналистки, то женщины из академической среды. Женщины с более привилегированным положением в обществе, с карьерой, высоким уровнем образования, осознанностью, пониманием собственной силы. Женщины, которые знают, что у них есть право не молчать”.

“На самом же деле происходящее — отличный признак долгожданного оздоровления российского общества. <…> А в том, что о харассменте говорят настоящие или бывшие сотрудники в первую очередь либеральных СМИ, — ничего удивительного: развитие общества начинается среди наиболее прогрессивной части — той, что открыта к изменениям, прозрачности и честности. То, что о харассменте не говорят в другого рода СМИ, не значит, что его нет — просто там никто пока не смеет об этом сказать публично”, — считает журналист и гендерный исследователь Лола Тагаева.

В отличие от первой волны #metoo, когда после скандала депутат Слуцкий продолжил работать в Госдуме, у второй были вполне себе реальные последствия.

Сергей Простаков покинул должность шеф-редактора «МБХ медиа», в «Сбербанке» заявили, что проводят внутреннюю проверку после того, как его сотрудников, Сергея Миненко и Руслана Гафарова, обвинили в насилии и домогательствах.

Ведущий “Дождя” Павел Лобков принес извинения всем, кому «причинило дискомфорт его фривольное поведение и кто набрался мужества рассказать об этом публично». А главный редактор “Дождя” Тихон Дзядко пообещал разобрать ситуацию со своими сотрудниками.

“Новая газета” приняла регламент против психологического и сексуального насилия. Ее примеру последовало еще несколько изданий

А самое главное — скандалы привлекли большое внимание к проблеме и побудили начать дискуссию на эту сложную и чувствительную тему. 


Поделиться страницей в социальных сетях


Поделиться своей историей/мнением анонимно

Ваш адрес email не будет опубликован.

© 2021 Gender Team All rights reserved